Штрафбат. Часть вторая

Ажурное, полное кружев и сложной вышивки платье, усыпанное крохотными бриллиантами, (д)линный подол,

- Куда уж больше! – (д)евушка недовольна сморщила носик! – Я и так…

что тебе придётся переодеться (в) обычное платье.

опасно. () Слитный смешок, донёсшийся

- Активных н(и) на ком нет. Пассивные

Моя конструкция скорее привл(е)чёт излишнее

- Ой, какая прелесть! – (н)еугомонная Айя,

Торопливо пошарив под корягами, она нашла несколько жирны(х) червяков

Д(р)оу нёс в руках двух упитанных зверьков,

Айяр виновато улыбнулся и(,) торопливо разделав толстые тушки, принялся

Легкие, пустые разговоры – ()рядом с представителем

ИМХО, затронута интересная тема. О ней говорится в двух местах:

"... Души людей не могут переродиться в демонов. Для них души – просто пища, лакомство, которое нужно смаковать и использовать в своих целях."

и

"... Я живу за гранью обычных чувств, за гранью добра и зла, за гранью самой жизни. То, что ты смог заставить меня вспомнить, каково это – быть, любить, дышать… Это чудо. Такое происходит раз в несколько тысячелетий, и далеко не со всеми. ... Он, как и я, привратник, но он намного старше, и прошёл уже долгий путь, который ты можешь видеть лишь издали и на котором я сделала несколько шагов."

Сюжет обеих книг, на мой взгляд, уже достаточно подготовил читателя к пониманию позиции автора на тему "пищевой цепочки" и эволюции за пределами физической оболочки.

Сюжет обеих книг, на мой взгляд, уже достаточно подготовил читателя к пониманию позиции автора на тему "пищевой цепочки"
Есть ли смысл описывать собственное мнение? Оно не совпадает не с буддизмом, не с христианством. Большинство не поймёт. Поэтому я всегда ограничивался намёками.
И кстати, о месте жительства демонов и тёмной материи, как первоначальной субстанции, их порождающей, говорится ещй по сюжету, поищите, если интересно)))

- Бой!
Время привычно замедлилось, и внезапно Ладар увидел, как толстые нити смерти формируются в сумрачном пространстве, нацеленные на идущих впереди друзей. Высоким прыжком он перескочил через головы идущих впереди друзей, развернулся, раскинув руки-крылья, обрывая толстые чёрные жгуты. Первый, самый слаженный залп ощутимо ударил в спину, заставив покатиться кубарем в кусты, но ни одна стрела не достигла его друзей. Тут же над поляной взметнулись огненные плащи солнечников, личной гвардии короля Ронхара, устремились к растерянным разведчикам…
Вакенши досталось сразу три утяжелённых металлическими шариками, специально сконструированных для обездвиживания противников плаща. Похожий на огромный кокон, он катался по земле, пытаясь разорвать крепкую ткань. Ещё два полетели в сторону принцессы, но Айяр гигантским прыжком заслонил её, дав той время на активацию защиты - крохотной, несмотря на королевский жезл – видно было, что магии у Ирены практически нет, но даже эта кроха позволила ей избежать прикосновений плащей, продолжавших лететь и после того, как дроу, весь в огненном коконе, упал.
Зато женская часть отряда не подвела. Айя просто увернулась от летевшей в её сторону ткани, взорвавшись вихрем стали, посылая в воздух всё, что у неё было. Оория перехватила плащи в воздухе, небрежно отшвырнув хищную ткань в сторону, и теперь вовсю орудовала своей булавой, наполняя воздух басовитым гудением. Перед Марго ткань взорвалась на куски, подхваченная тысячью мелких вихрей, которые тут же устремились вперёд, разбрасывая оранжевые фигуры. Бой!
Ладар торопливо вскочил – и кинулся вперёд. Врагов было слишком много, и чёрные жгуты по прежнему свивались над отрядом. Он не видел, как выдвинулись по краям крыльев костяные лезвия, не слышал, как радостно поёт стигис и басовито рычит тёмный клинок, дождавшиеся схватки. Он убивал. Впервые он видел нити смерти во время боя – так же чётко, как видел глаза врагов, их клинки и перекошенные ужасом лица людей, не ожидавших встретить странного монстра, похожего на многорукую летучую мышь… Бой!
Тёмные нити входили в ронхарцев – и клинки сипала следовали за ними, легко преодолевая защиту, вонзаясь меж пластинами доспехов, находя малейшие щели – и убивая сразу и наверняка. Тропа теней на несколько томительно долгих мгновений потемнела, орошаясь кровью. Бой!
Вновь летят стрелы. Но теперь Марго наготове – и тонкие древки вспыхивают, сожжённые защитой. Ладар на мгновение удивляется – как можно стрелять в гущу боя, не боясь задеть своих? Но кровавая круговерть тут же затягивает его, вытесняя посторонние мысли. Бой!
Внезапно сразу трое ронхарцев, взяв по два меча, встали на его пути. Костяные лезвия встретились со стальными – и отпрянули. Стальная защита оказалась слаженной – и точной. Три гвардейца действовали синхронно и мощно, тут же перейдя в атаку. Явно тренированные для совместного боя, они насели на перешедшего в оборону сипала. И вновь тёмные нити появились перед отрядом. Но тут затрещала ткань, и, весь в обрывках магических плащей, покрытый ожогами – и тем страшный, в строй гвардейцев влетел Вакенши, размахивая секирой. Бой!
Впавший в боевое неистовство, гном был необычайно быстр, а топор его разил необычайно мощно, ломая клинки, доспехи, кости…. Ронхарцы дрогнули, Ладар торопливо полоснул по ближайшему из троицы, ломая слаженную защиту – и перешёл в атаку. Бой!
Какой бы не был отдан приказ гвардии, смерть на поле боя он явно не подразумевал. Подхватывая своих, золотые плащи торопливо исчезали в окне телепорта. Их никто е преследовал. Девушке торопливо кинулись к принцессе, чью защиту доламывало несколько плащей, а Ладар рванул а дроу, неподвижным кулем застывшему на земле. Торопливо разрезая плотную ткань, он боялся того, что увидит…
Кожа василиска частично сохранила тело, но магия плащей, создающих огонь внутри кокона, схватившего жертву, поработала изрядно. Лица, шеи, груди не было видно из-за волдырей, кисти рук так же напоминали куски прожаренного мяса. Сипал торопливо снял с дроу комбез, определяя границы поражения.
- Оставь. Он не жилец. Я ничего не смогу сделать с такими ранами, тут нужен друид уровня архимага. Это милосердно, что он потерял сознание – наверняка иначе бы он испытывал жуткие боли. – Марго успокаивающе положила руку ему на плечо. Ладар раздраженно сбросил мягкую ладонь.
- Иди, попробуй помочь Вакенши. Если и там не справишься – пусть ждёт меня. Я постараюсь побыстрее…
Достать тёмный клинок – и полоснуть по собственному запястью, создавая мост меж двумя сознаниями. Затем положить тёмное лезвие прями на лопающие пузыри. И – скользнуть во вселенную. Закрыть глаза. Расслабиться, ощутить мир вокруг: солнце, землю, звёзды и бесконечный их хоровод. Найти себя – крохотную букашку, участвующую в этом вселенском бесконечном движении, войти в собственное тело – и почувствовать иной, малый но бесконечно разнообразный мир в себе. Ощутить клинок в руке, проникнуть в него, увидеть длинный коридор небытия, сидящего на страже зверя, его недовольное ворчание:
- Ты опять?
Бесстрашно подойти, положив руку на лобастую голову.
- Тебе не нравится наша охота?
Довольный, гулкий рык.
- Давно я не пил жизни магов. Особенно – столько жизней. Ты – хороший вожак. Тебе опять нужна кость?
- Как обычно. Стая едина, пока сильные заботятся о слабых. Ты – сильный. И теперь ты – член стаи.
Лобастый зверь поднял голову.
- Я – в стае? Я – не одиночка?
Ладар усмехнулся – и отступил на шаг от лёжки зверя.
- Решай сам.
Тот поводил лобастой головой, обдумывая услышанное.
- Твой дроу слаб.
- Он сильнее многих. Просто иногда сильный в одном слаб в другом. Он нужен стае.
Зверь тёмного клинка молча мотнул головой – и к ногам сипала упала зелёная косточка.
- В ней есть то, в чём нуждается один из стаи. Возьми – и используй.
Торопливо подхватить, сжать, забирая жизненные силы жертвы. Не задумываясь, не представляя – просто скользнуть по небытию клинка, ощутить лежащее под ним тело, его раны, больше похожие на обглоданные кости, покрытые запёкшимся студнем, и – вспомнить:
- Итак. Вначале нужно пережать сосуды и остановить кровотечение. Смотрите, для этого не обязательно действовать грубо. Вот в этих местах сосуды достаточно тонки, очень просто положить тут жгуты сил, и кровь станет густой и начнёт сворачиваться. Для обычной раны этого достаточно, дальше можно запустить процесс заживления, подстегнув токи жизни – видите, они идут рядом с токами крови? Их, наоборот, нужно расширить, направив побольше внутренних ресурсов к ране. Это делается так…
Ладар лихорадочно подстёгивал жизненные силы, используя полученную от тёмного клинка жизнь, создавал каркас жизненных сил, закрепляя их собственными, магическими скрепами. Лицо дроу встало перед ним, фактически – он лепил его заново, усилием воли вспоминая всё, что можно, до мельчайшей чёрточки. Что там было дальше?
- Нужно воссоздать каркас жизненных сил, бывших в недостающих частях тела, и закрепить его магической энергией. Кстати, она разрушается быстрее всего, за пять-шесть часов, и если вы не хотите начинать сначала, соедините его с собственной энергией организма. Затем – каркас должен войти в общую систему жизнеобеспечения, с упором на максимальный и быстрейший прилив сил. И последнее: изменение краёв ткани. Нужно определённое воздействие, приводящее к ускоренному росту клеток, вот такое… запомнили? И ещё одно, замедляющее ненужный рост. Вот так? Понятно?
Древний маг был гением. Его разработку не применял никто из известных Ладару магов. Возможно, он создал её позднее, будучи узником тёмного клинка. И ещё – он был врагом Ладара, убийцей, стремящимся захватить его тело. Впрочем, эту слабость сипал мог понять и простить. Правда, после того, как отправил соперника за грань бытия. Но право же, он часто сожалел о знаниях, пропавших вместе с древним магом. Ему достались лишь крохи. Но и эти крохи могли спасти жизнь – и спасали.
Он вынырнул из небытия, отставил тёмный клинок в сторону, с удовлетворением взглянув на пробивающуюся из под кровавой массы молодую кожицу. Торопливо приложив поданные на удивление молчаливой Айей травы, способствующие скорейшему заживлению, к начавшей подсыхать коже, он коротко распорядился:
- Перевязать плотно, без щелей. Везде, где ожоги. Оставь только щель для рта, он должен дышать.
Дождавшись короткого кивка, Ладар поспешил к Ваку. Гном успел сорвать плащи раньше, чем они сожгли тело, но ожоги т тут были значительными. Только упорство и выносливость, присущее подгорному народу, позволили ему выдержать боль – и присоединиться к схватке, обеспечив победу. Марго торопливо напитывала раны магией жизни – белая энергия расползалась по тканям, подстёгивая жизненные силы организма, формируя новые. Ладар торопливо осмотрел раны, в нескольких местах создал каркас, воссоздающий нужные пропорции, подстегнул регенерацию, обеспечив если не выздоровление пациента, то возвращение в строй в течении суток – и лишь потом направился к принцессе.
Впрочем, той помощь лекаря не требовалась. Магический жезл королевского дома смог защитить владелицу, обеспечив неприкосновенность тела. Вот только изрядно стряхнувшая Ирена готовилась закатить грандиозную истерику. Её всхлипывания становились всё жестче, в горле клокотал гнев, а глаза приобрели поистине королевский, недобрый прищур. Оория, хлопотавшая рядом, вопросительно посмотрела на подошедшего сипала, словно надеясь на чудо. Впрочем, разочарованна она не была.
Шмяк! Шмяк! Две хлесткие пощёчины мотанули изящную головку, растрепав причёску, с утра тщательно уложенную бытовой магией.
- Они ждали – вас! Этот отряд был послан за вами! К чему секретность, если вас отследили по вещам, захваченным из дома. Немедленно выложите всё, что есть в ваших карманах.
Ирена мгновенно успокоилась. Несмотря на алевшие на её щеках пятерни, она гордо выпрямилась и властно заговорила:
- Это измена! Я, как представитель королевского дома…
- Не стоит стараться! Я уже осуждён за измену, на десять лет штрафбата. Здесь оказался потому, что, несмотря на всё это, я один из немногих, кто способен на большее, чем простое повиновение. И не спешите бросаться словами: изменой будет продолжать двигаться прежним порядком, зная, что наш маршрут раскрыт, что нас ждут, а в ваших вещах магический маячок!
- Не знаю, как ты выкрутился, смерд, но за то, что поднял руку на королевскую особу, тебя ждёт смерть!
Ладар улыбнулся.
- Уже лучше. Смерть – подождёт, я с ней договорюсь. Можете выносить любые приговоры – но только после того, как окажитесь в безопасности, в стенах крепости, обеспечивающей полную защиту вашего высочества. А сейчас- выворачивайте карманы.
Закусив губу, Ирена зло полоснула по безмятежному лицу парня, потом нехотя принялась шарить по одеяниям. Первым на траву упал кружевной платок, затем ещё пара. Несколько золотых безделушек, цепочка, странная бриллиантовая игрушка. Достав нож, принцесса не утерпела и метнула его в лицо сипалу. Тот спокойно поймал его в воздухе, с улыбкой кивнув, словно ожидал этого, и бдительно уставился на принцессу, ожидая дальнейшего. Когда же все карманы были вывернуты, перед Ладаром, Оорией и подошедшей к ним Марго оказалась изрядная кучка дорогих безделушек.
- Мы можем определить, что из этого навело на нас огненные плащи?
Марго пожала плечами.
- Почти в любой дорогой безделушке есть магия. Трудно сказать, что из этого служит маячком, пока вновь не появится следящий луч.
- Тогда открой портал в свой фамильный замок. Мы переправим всю эту груду драгоценной мишуры туда. И не волнуйтесь, принцесса – семейство Домин не воры, они не возьмут ничего чужого.
Принцесса закусила губку, явно несогласная, но не знающая, что возразить. Впрочем, прикусила очень осторожно, стараясь не причинять себе излишней боли. Ладар усмехнулся, наблюдая, как исчезает его головная боль в дымке телепорта, затем неспешно поднялся и, подойдя к Айяру, влил в него остаток жизненных сил из подаренной зверем добычи. Тот застонал и принялся шарить по земле перевязанными руками. Ладар торопливо присел рядом, перехватив руки чуть повыше повязок.
- Бой закончен. Я знаю, тебе сейчас плохо, но нам нужно срочно уходить с этого места, о нём знают враги. Ты можешь идти, или отправить тебя в лазарет?
Провал рта треснул:
- Чем меньше народу будет знать о ситуации, тем лучше. Я… смогу идти.
- Тебя поведёт принцесса.
Ладар неторопливо развернулся в сторону бледной Ирен.
- Ваше высочество, вчера сей молодой человек нёс вас на руках. Сегодня утром он заслонил собой вашу особу, дав вам время активировать защиту. Поэтому справедливо, если сегодня его поведёте вы. Все остальные должны быть постоянно настороже, ожидая нападения.
- И куда мы пойдём? - Оория небрежно крутанула булаву, оглядываясь по сторонам.
- Если предположить, что врагу известно не только место, где мы приняли бой, но и направление нашего движения, а это скорее всего так: наверняка они сканировали несколько раз эту местность и легко могут продолжить получившуюся траекторию, пока не упрутся в замок… То нас на этом пути наверняка будут поджидать, и с большими силами. Логичнее всего было бы уйти в сторону, либо вернуться телепортом в расположение войск. Мы не сделаем не того, не другого: мы вернёмся на болото и там пересилим минимум три дня. Там нас точно не будут искать. И после того, как ронхарцы убедятся, что мы не пошли не дальше, не в обход, и решат, что мы вернулись под крылышко королевского двора, мы продолжим движение. Практически по тому же пути, возьмем только на перестрел стрелы в сторону, что бы найти возможные места засад. Надеюсь, теперь паутинка будет раскидана вовремя?
Марго густо покраснела. Утром Ронхарцы чётко уловили момент, когда магиня свернула защиту стоянки, но ещё не раскинула сигнальную паутинку, способную предупредить о засаде.
- Но зачем так близко?
- Что бы убедиться в своих предположениях. Нам катастрофически не хватает данных! Вернее, не нам, а льеру Датиму! Лично я об этом и думать не хочу… но приходится.
Лёгкий смех прошёл над поляной – и изрядно потрёпанный отряд пошел обратно.
План сипала сработал. Вражеских засад на дороге они не встретили, но, пробираясь лесными дорогами, она пару раз замечали следы торопливых поисков двух – трёхдневной давности. Принцесса, преисполненная благодарности к своему спасителю, не отходила от, как она думала, безнадёжного калеки. Когда же на второй день сидения в болоте Айяр сообщил, что всё лицо под повязками чешется, и бинты были сняты, все увидели привычное, знакомое лицо дроу, Ирен была даже разочарованна. Впрочем, это чувство моментально прошло, стоило лесному воину открыть глаза: зрачки оказались яркого, огненного цвета! В ответ на вопросительные взгляды всего отряда Ладар покраснел, выдавив, что огонь весь день стоял у него перед глазами, вот поэтому, видимо, он что-то и напутал.
Айяр фыркнул что-то язвительно :
- Ладно, всего оранжевым не сделал!
Гном присоединился, схватив зеркало и громогласно облегчённо вздохнув, хотя он пострадал намного меньше и никто его так не заматывал… Но при этом оба ТАК стиснули руки сипала в благодарностях, что у того весь остаток дня в ладонях что-то покалывало, несмотря на тайные попытки лечения.
В крепости их уже ждал взволнованный долгим отсутствием вестей представитель короны. Маленький, щуплый человечек и хорошо замаскированной аурой боевого мага, он тут же принялся хлопотать вокруг «Её величества», проверяя здоровье, расспрашивая о превратностях дороги, о том, откуда королевские драгоценности взялись в замке семьи Домин…
На последнем вопросе все насторожились.
- А откуда вы знаете о драгоценностях? - Айяр задал вопрос небрежно, но пальцы его сжались на рукояти клинка. Оория повернулась, перегораживая дорогу и готовясь к броску, а Айя сдвинулась к стене, открывая обзор для метательных ножей и ненароком сунула пальцы вглубь небольшой жилетки, всегда полной острых сюрпризов. И только Марго улыбнулась безмятежно… и с гордостью.
- Семейство Домин, обнаружив в спальне дочери незнакомые драгоценности, провело небольшое исследование, и, обнаружив, что они принадлежат королевскому дому, поспешило известить Его Величество. Но что значат сии приготовления?
- Не обращайте внимания. Просто не все могут понять, что же такое: благородство крови. – Ирия величественно выплыла из комнаты, царственно обронив: - В целом я довольна путешествием, возвращайтесь в свою часть.
- Это что, она тебя простила, Ладар? - Задумчиво глядя вслед удаляющимся царедворцам, спросила Оория.
- Скорее, его арест не соответствует планам королевской семьи. – Марго столь же задумчиво смотрела в закрывшиеся двери. – Пока не соответствует. Но нам нужно возвращаться на звёздную скалу.
Льер Датим внимательно выслушал отчёт о поездке. Его заинтересовали замеченные места засад: количество, место, примерное количество войск. Впрочем, он никак не прокомментировал рассказ Марго, а вот то, что Ладар вылечил Вакеши и Айяра, ему явно не понравилось. Взволнованный, он начал ходить по кабинету, и, наконец, разразился речью:
- Это замечательно, что ты можешь и лечить… Но все считают тебя магом смерти! Если о твоих попытках излечения, да ещё удачных, узнают друиды – жди беды! Как ты умудряешься на ровном месте находить себе врагов?
- И что, друиды подошлют убийц? – иронично приподняв бровь, поинтересовался Ируг.
- Нет, они обвинят Ладара в некромантии, оперируя тем, что он – маг смерти. Она запрещена в нашем королевстве под страхом смертной казни. Будет создана комиссия, которая, тщательно обследовав его подопечных, найдёт следы небытия – и признает искусственно воссозданными существами.
Вак побогравел.
- Я не зомби! Ведь так, Ладар?
Тот успокаивающе положил руку на плечо гнома.
- Конечно. Я лечил вас жизненными силами убитых врагов. Вы – стопроцентно живы.
- Но значит ли это, что друиды ничего не найдут? – Аяр был задумчив.
- Нет, конечно. В каждом есть частица рождения – и смерти. И то, и другое несёт в себе истоки небытия.
- Тогда лучше не давать повод для проведения такого расследования.
- К сожалению, ваше исцеления видели не только вы. Их видела принцесса. Да, при дворе есть целители и покруче, она могла и не обратить внимания… Но что-то мне подсказывает, что – обратила. – Льер Датим прошёлся по комнате, что-то сосредоточенно прикидывая.
- Ладару пора к осаждённому Дораху. – Ируг говорил негромко, но все прислушались. - Да и остальным – то же. После пары сражений с зомби никто не будет выискать в победителях зёрна небытия. Хотя бы потому, что всё можно списать на контакт с немёртвыми воинами. А внушительная, громкая помощь гибнущему городу… Победителей не судят. Даже друиды.
- Это не решит проблему в целом, к тому же наши планы придётся корректировать… Всё, как всегда, упирается во время… - Датим удручённо ударил кулаком о стол. - Постарайтесь управиться побыстрей, ладно?

- Они хотят, что бы мы победили ЭТО, да ещё быстро? – Айя зло смотрела на марширующие легионы нежити. Тысячи немёртвых солдат осадили приграничный город, полностью контролируя все подходы к нему… да и окрестности то же. Жители все окрестных сёл, не успевших убежать, были вырезаны. Армия, после нескольких отчаянных попыток отбить город, благоразумно отступила, торопливо создавая новую передовую, спешно укрепляемую на случай штурма зомби. Как показали практика, ожившие воины ничего не понимали в приёмах мечного боя, зато были быстры и невероятно сильны. При этом практически нечувствительны к нанесённым ранам. Можно было отсечь мертвецу голову – тот продолжал орудовать мечом, хотя и хуже ориентировался в пространстве. Можно было отсечь ноги- торс продолжал размахивать своей железкой. Единственное уязвимое место, по всей видимости, и управляющее зомби, был отдел позвоночника за грудной клеткой. Лишь разрушив его, можно было полностью уничтожить создание некроманта. Единственное, почему город держался – слабые способности зомби к лазанию по стенам, а так же обилие камня на стенах города. Каждую ночь в Дорахе разламывали мощёные улицы, разбирали каменные дома, вытаскивали глыбы из подземных коммуникаций. В городе, много лет строящемуся рядом с предгорьями, было много камня. Пока непривычные к скалолазанию зомби пытались залезть на стены, сверху в них летели камни, пробивая головы, ломая руки, ноги, позвоночники… Последнее было эффективным. Всех остальных зомби, после очередной атаки, утаскивали от стен – и большая часть из них возвращалось в строй. Почему ронхарцы не отправили свою армию дальше, заставляя их погибать под стенами, почему вели осаду не шатко, не валко, устраивая пару штурмов в день? Они явно что-то ждали, к чему-то готовились. Вопрос- к чему?
Отряд Ладара уже несколько раз сталкивался в пикетами немёртвых. Больше всех это злило Айю: её метательные снаряди зомби буквально не замечали – даже если те кромсали их лица, впивались в глаза. Наиболее эффективным оружием оказалась, естественно, булава Оории, привыкшая буквально крушить врагов – и острый клинок Айра, быстро приспособившегося рассекать грудные клетки от шеи наискось, разрубая позвоночник. Ладар пытался использовать кнут небытия - тот легко рассекал доспехи, но мёртвая плоть, полная собственного небытия, противилась тонкой струне сипала. А вот стигис не отставал от булавы Оории, собирая большую жатву. Он брал не силой или ловкостью – его создатели вложили в лезвие нечто, причинявшее неупокоенным сильную боль. Едва тонкое лезвие погружалось в мёртвую плоть, безучастные ко всему зомби внезапно начинались корчиться от боли – и размахивать вокруг себя вслепую, пытаясь достать противника. И попадали по своим. Айя бурчала, что будь у неё с десяток звёздочек из подобной стали, она одна бы могла уничтожать все отряды, просто пуская их в центр строя. Но больше подобной стали не было.

То, что не совпадает с основными учениями, не перестаёт быть явлением, имхо. И это весьма обоснованно звучит в "Фиолетовом мече"

Храм так же не находился. Переместившись телепортом в город, разведчики начали с местных канализаций. Опускаясь как можно глубже через разобранные в поисках камня защитниками города провалы, сипал привычно отрешался от всего, пытаясь почувствовать то влечение, что тянуло его к храму в предыдущий раз. Но городские подземелья отзывались лишь гулкой пустотой, и поневоле пришлось шарить по окрестностям… Периодически натыкаясь на патрули немёртвых. Когда они шагали, услышать их и уйти в сторону мог и слепец, но часто нескольких зомби клали на землю, присыпая листвой, а то и тонким слоем почвы… И тогда почуять их издали было просто невозможно. Ладар, до этого слышавший от зомби только от своего учителя, никак не мог понять – почему трупы не воняют? Но было так.
Подземелий в округе было немного. Старые подвалы трактиров, подполы в деревнях, просто глубокие овраги – везде сипал замирал, пытаясь почувствовать источник своих сил. Тщетно. На четвёртый день, заканчивая очередной рейд вокруг города, он обратил внимание на руины на горизонте.
- А там что?
- Там полуразрушенный храм древней богини плодородия. Вряд ли он подойдёт: во первых, в стороне от боевых действий, во вторых – они со смертью вроде как антогонисты. – Айяр был сама рассудительность.
- Храм умершей богини? Ты думаешь, он не подойдёт? - Ладар замолчал, что-то прикидывая. – Там есть подземелья?
- В любом храме есть подземелья, Ладар. Но не стоит считать древнюю богиню мёртвой лишь потому, что люди перестали ходить в её храм. – Вакенши хитро прищурил глаза. – Подумай сам. Люди верят в одних богов, молятся им – и им отвечают. Молятся другим – и им отвечают тоже. Даже новомодный Единый – отвечает. Вы страшно непостоянное племя, три-четыре поколения – и возникает новый бог, постепенно вытесняя старых. И все молитвы – так или иначе действенны. Не думал, почему?
- Нет. – Ладар недоумённо пожал плечами.
- Эх, деревня! Явно не дворянин, не учили тебя истории теологии… да потому, что богам до лампочки, как их называют. Слова, красивые ритуалы, позолота храмов – это всё пыль, это для людей. Боги читают в душах намерения, оценивают поступки – по ним и судят. По истинным, не напоказ, не на публику. Им нет дела до имён, которые на них навешивают, до пустых восхвалений и выклянчиваний будущих благ. Они помогают тем, чьи намерения чисты, а дорога пряма и светла. И совсем неважно, какому богу этот человек молится – людскому Единому, нашему Подземному Огню, эльфийскому богу Леса – или вот этой богине плодородия. Дело совсем не в именах. Поверь мудрому гному.
- И всё же стоит наведаться в тот храм. – Ладар упрямо закусил губу. – Хотя бы потому, что всё остальное мы посмотрели.
Вакенши попытался что-то возразить, но Айяр мягко положил руку ему на плечо.
- Это поиск сипала, идущего тропой тени. Если его тянет в храм – значит, туда мы и пойдём.
- Да не тянет меня никуда, просто… - Ладар вспыхнул – и замолчал, вслушиваясь в себя: какое-то странное чувство, ужасающее и притягивающее одновременно, влекло его к руинам на горизонте.
- Молодец, ушастый, раньше всех разобрался. – Оория посмотрела на возмутившегося дроу, усмехнулась, обнажив свои клыки, и первая повернула в сторону храма.
Развалины были вполне живописными. Несколько портиков в стороне сохранилось, в одном даже была практически целая фигура миловидной женщины, укутанной в разноцветные покрывала, но в остальном остались лишь стены, покрытые строительным мусором и птичьим помётом. Ваненши, которого не могла смутить никакая преграда, когда дело касалось его любимых недр, пару громко топнул, затем разбросал сапогом всю грязь, обнажив покрытый мозаикой пол, несколько раз ударил рукоятью захваченного молота, вслушиваясь в нечто, слышимое только ему, и уверенно показал вход в подземные помещения. Тут сохранились древние рисунки: природа, животные, деревья – и опять миловидная женщина, ухаживающая за ними. Отряд прошёлся по покрытому тёмным мрамором полу, следуя за Ваком, рыскающим от стены к стене в своих, недоступных остальным, попытках найти спуск в глубины. Наконец он привёл всех к узкой расщелине, осыпавшейся мозаике на стене, мало похожей на сколь-нибудь обычный ход, и вопросительно оглянулся на сипала. Тот вслушался в непонятную тягу, возникающую в груди – тут она стала громче и манила, звала в сырую глубь.
- Всё верно. Не знаю, пролезу я или нет, но мне сюда.
- Пролезешь. Судя по всему, дальше будет свободней! – Вак перехватил молот и воинственно оглянулся на остальных. – Пошли?
- НЕТ! – Ладар упрямо покачал головой.
Весь отряд, даже гном, остался на поверхности. Никакие разумные, рациональные доводы сипал во внимание не принимал – слишком свежи были в его памяти испытания, выпавшие ему в прошлый заход храма. Жертвовать жизнью одного из друзей? Ну уж нет! Он даже настаивал, что бы все переместились в звёздную скалу, но тут упёрся Айяр. Он пообещал приготовиться к отражению всех мыслимых и немыслимых атак, Марго раскинула над группой все свои самые мощные защиты, но уходить они отказались категорически.
Ладар вздохнул – и начал спускаться по найденному Вакенши лазу. Сырой и узкий – вначале пришлось протискиваться боком, пыхтя и скрипя зубами, он постепенно расширялся, пока, после очередного поворота, земля не ушла из-под ног и он не свалился во вполне приличный коридор, выложенный обычным, но ровно подогнанным камнем. Ладар торопливо раскрыл всунутый ему друзьями мешок – в нём, кроме верёвки и нескольких факелов, был ещё и кусок мела. Радуясь предусмотрительности Вака, он торопливо пометил им расщелину, зажёг один из факелов и, обнажив стигис, аккуратно пошёл вперёд. Вряд ли столь свободное пространство осталось необитаемым.
Свет, проникавший сквозь расщелину, окончательно исчез, и тьма сгустилась вокруг идущего… Плотная, вязкая, поблёскивающая бликами факела на ближайших плитах, она окончательно окружила человека… И кольцо тьмы продолжало сжиматься.
Сипал чувствовал нарастающее давление. Факел с трудом боролся с подступающей чернотой, пламя его колебалось, постепенно уменьшаясь. Пару раз по полу скользили извивающиеся тела, матово блестящие в свете факелов. Стигис легко рассекал их, заставляя свиваться кольцами в агонии.
Пол постепенно заворачивая, уходи вниз, и Ладару стало казаться, сто он по бесконечной спирали спускается в недра земли, туда, где властвует ночь, где его факел окончательно потухнет, оставив его в бесконечной тьме. Стену коридора стали сближаться, потолок стал более низким, словно не выдерживая гнёт земли…
Стигис насмешливо чиркнул о стену, вызвав сноп искр. Темнота – не зло, она – защита, способная спрятать от опасного взора. Доверившийся тьме, ставший её другом более защищён, чем оставшийся на свету. Свет слепит, тьма укрывает. И сразу тьма стала не такой беспросветной, стены разошлись, языки пламени заиграли на них, отражаясь солнечными зайчиками. Медленно проявился коридор, уходящий вниз – и тело гигантской змеи, стоящей в боевой стойке.
Змея была огромной: толщиной не меньше боевого метателя огня, она доставала головой до потолка, неспешно покачиваясь и непрерывно выпуская и втягивая раздвоенным жалом языка, она наблюдала за стоящем в круге света человеком непрерывным взглядом вертикальных зрачков оранжевых глаз. Случайно поймав этот взгляд, Ладар оцепенел: онемение расползлось по телу, оно стало ватным, мягким, голова закружилась, безвольные пальцы выпустили факел, рука опустилась… что бы наткнуться на рукоять тёмного клинка. Зверь в клинке зашевелился, с удивлением глядя на хозяина – и вздыбил загривок. Огромным прыжком он метнулся в замершее, не способное сопротивляться тело – и с губ человека в ответ на змеиное шипение раздался грозный клич боевого кота.
Змея ударила – быстро, превратившись в смазанный силуэт. Она двигалась быстрее обычных змей, быстрей любого гнома, человека, и даже эльфа… но не быстрей рассерженного дикого кота. Мышцы сипала взвыли, подчиняясь приказу и выдерживая запредельные нагрузки, небытиё в мышцах внезапно оказалось заполнено какой-то странной тёмной массой – но кот отпрянул с линии удара змеи, ударив ей вслед. Два огромных когтя – блестящий стигис и тёмный, как ночь клинок вспороли чашуйчатую плоть, заставив змею зашипеть уже от боли, свивая вдоль всего коридора причудливые кольца – и ударить вновь. Но теперь кот прыгнул вперёд. Ни одна кошка не будет сидеть в защите, ожидая удара. Тёмный клинок сверкнул антрацитовой молнией, вонзаясь в нижнюю челюсть и пробивая её насквозь, что бы пришпилить к верхней, а стигис полосовал упругое тело, деля его на части, продолжающие биться и фонтанировать кровью в узком коридоре.
На несколько долгих минут в подземельях стало тесно, жарко – и мокро. Зверь скользнул обратно в клинок – и принялся пить, пить чужую жизнь. Теперь, зная, КТО скрывается в глубине своенравного оружия, Ладар почувствовал, как зверь ЛАКАЕТ жизненные силы, отфыркиваясь в нетерпении, как обычная кошка, проголодавшись, лакает молоко.
Через десяток минут, когда всё стихло, с трудом опустившись на ватные ноги, Ладар на ощупь нашёл рукоять клинка. Аккуратно потянул его на себя. Тот с сытым звяканьем охотно отвалился от змеиного тела, усыхающего на глазах. Долго рассматривал поблёскивающее в тусклом свете догорающего в луже крови факела лезвие, с трепетом скользнул вглубь. Зверь вылизывался, сидя на груде костей.
- Почему ты не остался в моём теле, когда я не мог сопротивляться?
Насмешливый взгляд прищуренных глаз.
- Ты же член стаи. И потом – не одна кошка не привязана к хозяину. Она привязывается к дому.
Обхватив лобастую голову, сипал замер на несколько минут. Затем встал уж уверенней: часть жизненных сил огромной змеи перетекла в него.
- Иди. Впереди много боёв. Мне понравилось охотиться на магов. А я посплю.
Зверь уронил голову на лапы, прикрыв глаза, а Ладар, вернувшись в тело, поднялся на ноги, чувствуя прилив сил, и сунул тёмный клинок в ножны в полной уверенности: пусть сейчас он спит, но, когда потребуется – он проснётся. В конце концов, кошки никогда не спят глубоко, они всегда наготове.

Новый факел горел, освещая всё расширяющийся коридор. Сипал шёл все быстрей и быстрей, чувствуя: ещё немного – и он увидит ослепительно белую площадь, стены из света, смертельно опасные, полные внутреннего огня, и начнет смертельно опасный, завораживающий танец, позволяющий дойти до тёмного храма с белоснежными стенами, одиноко стоящего в центре. Вдоль единственной возможной спасительной тропы. Тропы смерти.
Стены света наконец-то раздвинулись, обнажая тьму входа. Единственное не залитое молочной белизной место манило усталые глаза, заставляло идти напролом, но танец ещё не окончен, нужно ускользнуть он ещё одного языка пламени, и ещё, и ещё. И, наконец, как завершающий штрих непонятного танца: скользнуть под тень сияющих стен – густую, словно вобравшую всю тьму этого зала.
Гонг. Долгий, вибрирующий. Он разбил оковы сияния, заставил почувствовать тишину подземелий, холод голого тела и шершавый камень под ногами. Клок тьмы, выживший в странном, вывернутом наизнанку храме, когда единственный путь к спасению – это нить, ведущая к смерти. Близкие, но недоступные стены. Белизна ближайшей внезапно нарушается, и из неё выходит призрачная фигура.
- Ты прошёл путь. Ты нашёл смерть в конце пути.
- Я знаю, кто ты. - Сипал… Нет, Ладар Рикс напрягся, и в руке заиграл сполохами тьмы феербол. – Ты - не смерть. Ты – её привратник. И у меня к тебе счёт.
Фигура насмешливо качает головой.
- Волчонок огрызается. Даже здесь. Успокойся: мы встретились тут лишь затем, что бы ты смог шагнуть дальше. Готовься.

Тёмный, тусклый коридор. Факелы на стенах почти не разгоняют тьму. Перед ним – гигантская змея, стоящая в боевой стойке. Тот же самый страж, чьё тело превратилось в высохшую шкуру несколько минут назад. Рука привычно легла на пояс. Тёмного клинка и стигиса не было! Он был безоружен, и магия не отзывалась на зов своего хозяина.
Змея ударила – быстро, превратившись в смазанный силуэт. Она двигалась быстрее обычных змей, быстрей любого гнома, человека, и даже эльфа… Но не быстрее сипала, посвящённого тропы теней. Время привычно замедлилось, потекло, становясь вязким. Небытие в мышцах внезапно оказалось заполнено какой-то странной тёмной массой – а из сочащихся ядом клыков к груди сипала потянулась тёмная, чёрная нить смерти. Идущий тропой тени отпрыгнул, резко потянув чёрную нить в сторону – голова змеи последовала вдоль неё, ударившись о стену, и отпрянула, вновь оказавшись в боевой стойке.
Это был странный поединок. Змея, ведомая жаждой убийства, следовала за нитями смерти, а сипал играл на них, уводя смертельный бросок от себя, заставляя живую машину смерти промахиваться, круша камень и обдирая собственную чешую. Каждый раз оскаленная пасть оказывалась совсем близко, клыки щерились, обдавая человека ядом – но вновь и вновь промахивалась. Азарт, незнакомый прежде человеку, охватил его. Азарт игры со смертью. Бой!
Очередная нить зазвенела, и гигантская голова со всего маху ударила в стену, потеряв правый клык. Сипал засмеялся. Тропа тени была оружием сама по себе. Новый, необычный поединок – используя смерть как защиту, как возможность отклонить удар. Удар! Вновь полетела каменная крошка со стены, морда змеи окрасилась кровью. Бой!
После очередного удара сипал увидел, как две нити смерти переплетаются в новый, причудливый узор. Его – и змеи, со звериной яростью нападающей на человека. Две судьбы, две струны, на которых нужно было сыграть причудливую мелодию жизни – и смерти! Бой!
Огромная голова ударила, на пару волосков разминувшись с замершим человеком, и налетела на каменный угол, размозжив себе череп. Гигантское тело свивалось в агонии в причудливые узлы, а сипал танцевал посреди огромных колец, уходя от сжимающих клубков, следуя дорогой жизни и тени – но используя для ориентира пути смерти.

- Сейчасс ты по настоящему победил стража. Правильно.
Показалось – или у собеседника сипала прорезались в голосе змеиные нотки?
- И что теперь?
- Ты почувствовал себя котом, воюющим со змеёй? А сможешь ли ты ссправиться сс кошкой? – ехидный, полный сарказма смешок.

Вновь длинный, широкий, с каменной плиткой на стенах коридор. Он кажется тем же самым, что и в прежний раз – но теперь он полон света, хотя факелов не прибавилось. Противников сипала отчётливо видно – пять крепких, сильных мужчин, чем-то неуловимо похожих на Мариша, они стоят в конце длинного коридора, но кажутся совсем близко. Похожие на людей, в то же время – другие. Их руки пусты, но Ладар не заблуждается: любой из них способен убить его десятками различных способов. Оборотни!
Они прыгают, и пространство вновь становится тягучим, показывая пять чёрных линий смерти, идущих со всех сторон – но неизменно заканчивающихся на нём. Несколько долгих секунд, пока живущие на две стороны набирают разбег, сипал потрясённо смотрит, как идут линии. Вот этот прыгнет на стену, а затем – на него, этот закрутится штопором, выпустив когти, а этот ударит в высоком прыжке, оттолкнувшись для резкости от потолка… Никто из людей не способен на подобное. Тёмные линии сошлись напротив его сердца – и рёбра заныли, словно их раздирают острые когти, спеша добраться до сосредоточения жизненных сил человека. Сипал встряхнулся – и вступил на тропу. Привычно закрутил линии, намеренно затянув их в узел, отпрянул подальше – и увидел, как два здоровых тела влетели друг в друга, раскидывая клочья кожи. Зато остальным не требовалось останавливаться, подобно змее. Едва найдя взглядом новое положение человека, они вновь прыгнули – теперь уже с более близкого расстояния. И вновь тёмные линии свились в причудливый клубок, но теперь сдвинуть их было гораздо сложней. Пот заливал глаза, руки устали, словно он весь день таскал тяжести, а оборотни не зная усталости прыгали, ничуть не обескураженные промахами, они легко приземлялись на четыре лапы, не разу не повредив ничего от удара о стену. Хорошо, что вначале удалось стравить двоих, они так и не оклемались, два тела лежали, видно, урон был достаточно велик. Но больше линии спутать не удавалось: опытные воины планировали свои атаки достаточно осторожно, усвоив полученный урок – и далеко друг от друга. Зато каждый раз всё ближе и ближе к Ладару.
Одна слабо отодвинутая нить – и плечо человека окрасилось кровью, ещё одна – и клок волос был выдран с изрядным куском кожи. Опытный воин не похож на безмозглого зверя, он способен не дать управлять собой. Даже магу смерти.
Ладар решился- и двинулся в направлении чёрной нити, идущей в голову ближайшего оборотня. Удар! Его развернуло, но противник, отлетев к стене, упал без движения. Обрадованный, сипал остановился - и тут на его спину обрушились две крепкие туши.
Чёрные нити оказались повсюду, они опутывали тело, словно коконом, и приходилось их рвать, извиваться, двигаться против всех норм и правил, ведомый одним простым желанием – просто выжить. Сипал сам не заметил, как от его рывков нити рвутся, словно сделанные из гнилых ниток, как вздрагивают и мешают друг другу опытные воины, как странная бледность наползает на их лица, а движения становятся всё более неуверенными. Ладар всё рвал и рвал нити, е обращая внимание на их цвет, пока два тела не затихли неподвижно на каменном полу. С трудом встав на ноги, весь залитый кровью, он с недоумением смотрел на порванные светлые нити в своих руках… пока знакомый смешок не вернул его в тёмный храм.

- Волчонок начал рвать нити ссудеб? Смело! Что ж, ты выдержал эту встречу. Но если бы ты умер там – поверь, ты бы погиб окончтельно.
Ладар почувствовал, как исчезает боль в теле, которое вновь стало неповреждённым – или перестало казаться таковым? Впрочем, а есть ли разница?
- Нити судеб?
- Весь мир – ссложный гобелен, и ссуществ в нём окружает множество нитей. Нити ссмерти – не ссамые красочные в этом полотне. Зато окончательные. Другие не могут причинить значительного ущерба – но могут лишить сил или заставить отказаться от боя. Они много что могут, идущий тропой тени.
- Я смог увидеть и почувствовать другие? Хорошо. Теперь я могу задать вопрос?
- Вначале ещё одна небольшая встреча. Как насчёт того, что бы повидаться ссо сстарыми друзьями? – и сухой скрипучий смешок.

Знакомый каменный коридор. Только теперь его освещают не факелы – светится мох на стенах. Под ногами – сырость и слизь. Пахнет чем-то сладковатым, с гнилостным привкусом. Впереди – тёмные, идущие к нему фигуры.
- Ну, давайте! После оборотней мне уже всё равно!
Ладар сам входит в транс, изучая чёрные нити, идущие к нему. Они полны темноты – а значит, намерения идущих ясны и понятны. Вот только никаких нитей судеб рядом нет – и не за что взяться, что бы воздействовать на врагов до боя. Но почему? До этого он ясно видел светлые нити, окружающие людей.
Фигуры подходят ближе. Они не торопятся, давая возможность человеку увидеть их лица в сумеречном свете фосфоресцирующего мха. Дирил Рикс, старый друг и учитель. Иан – крестьянин, подходивший к войне столь же основательно, как и к пахоте. Радуз – мелкий воришка, сумевший если не привязать к себе, то заставить улыбаться. Марек – основательный здоровяк, способный не остановиться и под градом отравленных стрел.
Его друзья, его сослуживцы, его семья. Давшие ему полноту жизни, научившие его чему-то, позволившие ему выжить. Самые верные, самые преданные друзья. Мёртвые друзья. Они шли, вытянув вперёд руки, и лица их не отражали ничего, кроме желания убивать. И стало понятно, почему не было нитей судеб – откуда судьба у мёртвых тел? Но они упрямо шли вперёд, и руки их заканчивались когтями, загнутыми в предвкушении добычи.
- Дирил! Радуз! Марек! Иан! Остановитесь!
Бесполезно. Мёртвые равнодушны к мольбам живых.
- Я не хочу убивать вас!
Спокойный шелест приближающихся ног. «- Он заигрался. Нельзя тревожить души мёртвых. Спаси…». Голос. Тихий и оглушительный одновременно. Знакомый - и родной. Нельзя думать о том, чей он! Нельзя! Нужно лишь рвануться вперёд, вытягиваясь в знакомом, сумеречном пространстве – и потянуть людские души из ставших для них темницей тел, потянуть, чувствуя скрепы чужой магии, рвануть сильнее, сжигая своим отчаянием чужое мастерство – и ощутить у себя на руках небольшие тёплые комочки душ друзей.
Мёртвые тела замерли, постояв несколько мгновений - и с тихим шелестом осыпались на пол, на ходу превращаясь в истлевшие останки. А сипал постоял, прижимая к себе горячие комочки энергии – и вытянул руки, раскрыв ладони.
- Будьте свободны, братья! Я отпускаю вас!
Мягкое, нежное касание щеки – словно кто-то провёл тёплой ладонью. Один раз. Второй. Третий. Четвёртый. Ладар стоял, не замечая ничего –и по щекам его текли слёзы.

- Глупо. Четыре человеческих души – это грозное оружие, которое мог бы использовать маг ссмерти.
- Я уже говорил: я ещё не готов к этому пути. Я жадный и не хочу жертвовать никем. Мои друзья- не разменная монета на поединках магов. Теперь я могу задать вопрос?
Долгое, задумчивое молчание. Наконец, нехотя:
- Сспрашивай.
- Зомби под стенами Дораха. Как мне остановить их?
Насмешливый, скрипучий смешок.
- По моему, ты только что решил для ссебя эту задачу.
- Четверо – не четыре тысячи! Я просто стольких не потяну. К тому же – что произошло с душами, которых я выпустил?
- Они вернулись туда, где были.
- Я не хочу, что бы души зомби вновь оказались у демонов!
Долгое, озадаченное молчание.
- Ты понимаешь, чего хочешь? – Впервые в голосе вопрошающего – волнение. Сразу пропала свистящая, змеиная речь.
- Да! Я хочу, что бы души этих людей остались в круге Творца.
- Почему ты этого хочешь? – Голос от волнения хрипит, но глубокий капюшон надёжно скрывает лицо.
- Я чувствую, что это неправильно. К тому же за них просила Илис.
- Глупая девчонка! – Голос срывается на хрип, внутри него что-то клокочет.
- Аккуратней с выражениями, или я скину с тебя этот капюшон!
Спокойный, уверенный смешок взявшего себя в руки человека.
- Просьба – достойна. Намерения – неясные. Я отвечу на твой вопрос. Лови.
Короткий нож с полупрозрачным лезвием звенит на камнях.
- А теперь слушай и постарайся удержать свой обед в желудке. Никто и не обещал, что будет легко.

Через час, весь бледный, Ладар выбрался из расщелины. Его тут же подхватили под руки, подтащили к небольшому и уютному костерку, всунув в ладони чашку с горячи бульоном. Тот задумчиво отхлебнул, глядя куда-то в пространство. Сморщился, почувствовав ожог, но принялся пить дальше.
- Ну что, рассказывай, ты знаешь, как уничтожить зомби?
- Знаю. – Голос звучал глухо и безжизненно.
- Это сложно?
- Да нет, не очень. Потребуется двенадцать приговорённых к смерти преступников, которых никогда и никто не пожалеет. И мне окунуться в чёрное… как в дерьмо, по самую макушку.
- А по другому- никак? – Тихий, испуганный голосок Айи, сообразившей, что не всё так хорошо, как хотелось бы. И – сочувственное молчание остальных.
- Никак. – Ладар допил бульон и встал, разминая руки. – Пойдёмте, доложим о найденном храме Датиму. А когда он решит, что пришло время… Я выполню то, что должен.

- Двенадцать преступников? - Льер Датим замолчал, что-то прикидывая про себя. – Большая гексаграмма?
- Вы слышали о подобном?
- Только слухи. – Глава разведки помолчал, что-то оценивая, затем решительно активировал телепорт, кивнув Ладару на открывшийся портал. – Иди, займись учёбой. Ты дьявольски эффективен, но все задания с твоим участием превращаются в запутанный клубок. Я должен подумать.
- Без проблем. Я уже понял, что многого не знаю и не умею. – Ладар мрачно поднялся и направился к телепорту. – Только вряд ли вы найдёте другое решение.

Творческий криз,наверное.

BRODJaGA, обычная простуда)))) ладно, выкладываю, что есть:

Каменный тролль был упорным и довольно шустрым. Ну, для тролля, конечно. То есть – двигался без остановки, но скоростью, чуть меньшей, чем скорость обычного пешехода. Второй день он преследовал свою жертву, находя её везде. Мариш, давая задание, усмехаясь, сказал, что дал охотнику образ тела добычи, поскольку нюха, слуха, зрения, и других органов осязания у камней быть не может, в вот массу и объём они распознают легко и на любом расстоянии. Ладар не придал сразу значения коварным словам, но после того, как тролль с лёгкостью нашёл его в воде, прижавшегося ко дну, на верхушке деревьев, забившего в узкую расщелину – в очередной раз понадеявшись на собственную смекалку, он вынужден был спасаться бегством от неповоротливого противника. В общем-то он и жив только потому, мрачно размышлял ученик Мариша, что тролль – создание безмозглое и неуклюжее. Углядев добычу, он тут же снимал с плеча здоровую палицу и шёл, размахивая ею, стараясь нанести удар помощнее. А поскольку чувствовал он каким-то непостижимым образом сипала шагов за двадцать, причём не человечьих, а тролльих, и шёл медленно – понять его намерения и дать дёру было довольно просто… Ну не считая случая, когда пришлось срочно плыть по течению, борясь с онемением в правой руке… Каменная глыба, заменявшая троллю дубину, прошла совсем рядом. Попади она по человеку, шансов спастись уже не было, во всяком случае – целиком. Но удара водяным кулаком хватило, что бы всё плечо превратилось в сплошной синяк и болезненно ныло, намекая о возможных трещинах в тонких костях крыльев. Руки, потерянные и вновь обретённые, было особенно страшно потерять. И потому сознание человека лихорадочно выискивало всё новые и новые способы сбить каменную громаду со следа. Вот только для этого нужно было понять, как именно камень может вообще двигаться и чувствовать – а на это знаний сипала точно не хватало.
- Блин! Он опять! - Тролль появился на опушке леса, из которого полчаса назад вышел Ладар, по пути сломав пару деревцев поменьше и растоптав несколько кустов.
- Как же я ненавижу подобные задания! – Неспешно развернувшись, ученик оборотня припустил к предгорьям – у него возникла новая идея. Обычная каменистая осыпь слишком легка для такой громады. Вряд ли он сможет по ней взобраться. Подняться повыше – и будет время передохнуть, пока в каменную голову придёт мысль пойти в обход. То, что придёт, сомневаться не приходилось – тролль соображал, хоть и медленно. А тело на вторые сутки погони, хоть и такой неспешной, требовала отдыха – усталость накапливалась незаметно, но постоянно. Спуску добыче медлительный охотник не давал, явно решив взять жертву измором.
Быстрый подъём по каменистому склону: аккуратно прыгая с камня на камень, выбирая самые неустойчивые, которые точно не выдержат тяжелой поступи – и сипал упал на небольшой карниз в двадцати метрах выше того места, куда мог спокойно наступить мощный великан пяти метров ростом. Этого с лихвой должно было хватить на любые его попытки, так думал сипал, прикрывая глаза и погружаясь в раздумья.
Как вообще мыслят подобные существа? Как-то с ними можно общаться, хотя бы тому же Маришу, умудрившемуся натравить тролля на ученика. Вот только как найти тропинку в разум не человека даже, а совсем иного существа? Невозможно? Но сумел же он договориться с собственным клинком. Чем камень сложней? И послужило ему нитью… небытиё!
Тролль взревел под карнизом. Посыпались камни. Ладар ухмыльнулся – неповоротливой громаде не подняться по крутому склону с ускользающими из-под ног камнями. И всё же – есть ли в нём небытие? Закрыть глаза, сосредоточиться – и скользнуть вниз, к притихшему великану, выискивая в нём знакомые нити.
Скала. Монолитная, твёрдая, неприступная. Такую можно расколоть, разбить, обойти, наконец… но заговорить, заставить мыслить – как? Тролль рыскал у подножия склона, выискивая лазейку наверх – и сипалу в истинном зрении казалось, что внизу туда сюда движется камень. Внезапно он остановился, поплыл, втягиваясь в осыпь и становясь меньше – и в нём заиграли неожиданные краски! Возникли тонкие нити – странные, непривычные, корявые нити судеб. И в сосредоточении их мелькнула тёмной вязью нить небытия. Обрадованный, он приоткрыл глаза – и отпрянул, едва не загремев вниз: прямо перед ним из скалы проклюнулись глаза-бельма, камень подался вперёд, формируя гротескную голову, проклюнулась и потянулась в его сторону рука…
- Камень, говоришь… - Резкий прыжок вверх и в сторону – и бег наискось по осыпающейся под ногами осыпи, резкий и рваный, зигзагами, не позволяющими вошедшему в скалу троллю встать на его пути, угадав направление. Пару раз всё же камни оживали буквально под ногами, и приходилось делать огромные прыжки, что бы не попасть в мёртвые объятья.
У каждой горы есть места, где один камень, скала – и ничего, кроме камня. И есть иные, где костяк земли погребён под многометровой толщей земли. Правда, этот склон более покат, и догадайся тролль выбраться чуть в стороне – до добычи он добрался бы довольно быстро. Но сипал сделал ставку на тупоумие великана, а так же его упорство, и не ошибся: приникнув лицом к земле, он ощутил далёкие, еле слышные толчки: тролль пробивался к вёрткой добыче прямо сквозь землю. Так было короче, но двадцать метров земли – это огромная громада, и время собраться с мыслями у человека появилось. Итак, на чём он остановился?
Расслабиться скользнуть к бесформенной громаде, найти совершенно незнакомый, корявый узел судеб, проникнуть в него сквозь нить небытия, оказавшись в сознании великана… Впрочем, сознание размерами не поражало. Небольшой, пыльный чулан, полный сложных многоцветных осколков. Впрочем, то, что подобное удалось с первого раза, пусть и с таким примитивным мозгом, было удивительным. Однако где здесь его образ, образ добычи? Сипал потерянно оглядывался, изучая каменные осколки, чувствуя, как время ускользает меж пальцами… Тролль рвался к поверхности, рвался к добыче. Ещё немного – и каменные ладони вырвутся из земли, что бы сжаться на теле слабого и мягкого человека, раздавить которого намного проще, чем раздвигать земляную твердь.
Находясь в чьём-то сознании, найти своё, увидеть идущую к нему нить смерти – и скользнуть по ней, изучая место, где она формируется…
Тролль выбрался из земли с шумом разбрасывая клочья земли вокруг. Постоял, оглядываясь по сторонам – и, сгорбившись, пошёл вниз, направляясь к дальней гряде, где и обитало небольшое семейство каменных великанов. Обещанная добыча пропала.
- Неплохо, ученик.
Ладар, наблюдавший из-за куста за хмурым великаном, потерянно плетущимся вниз по склону, испуганно подпрыгнул, едва не навернувшись вниз – но крепка рука ухвалило за плечо, давая возможность соорентироваться в пространстве.
- Как это у вас получается? – Ладар недовольно тёр плечо, онемевшее от крепкой хватки.
- Привычка! – Мариш пожал плечами. Для живущего вместе с природой быть её частью – нормально и естественно. А часть редко издаёт шум больший, чем само целое. Разве что это будет её целью.
Ладар потряс головой. Простая фраза никак не хотела укладываться в мозгу – во всяком случае, применительно к нему.
- Ладно, это придёт позже. А сейчас могу с уверенностью сказать, что ты созрел для очередного урока.
Сипал тяжело вздохнул. Перерывов между занятиями Мариш не признавал. Впрочем, после того, как он увидел своего учителя всего израненного после схватки с оборотнями, напавшими на ЕГО ученика – израненного, истекающего кровью, но непобеждённого, спорить не хотелось. Слишком велико было уважение.
- И что на этот раз? Маг?
- Вот ещё! Думаешь, я не разобрался в магической составляющей твоих крыльев? Такому лентяю, как ты, давать подобные задания, всё равно что приказать поваляться на солнышке, грея пузо. Нет, ты повторишь самый первый урок.
- Я должен просидеть в твоей бочке полдня, дыша через соломинку?
Мариш засмеялся, ухая, отдуваясь, и хлопая себя по бокам… словно медведь.
- И это, конечно, то же. От тебя так и несёт человечиной. Подобные вещи нужно делать регулярно, если не хочешь погибнуть. Ну, с троллем это было не так важно, он лишён обоняния, а вот со всеми остальными – шансов у тебя нет. И проточная вода не скроет. Но это не задание, а необходимая подготовка.
- Так в чём же задание?
- Посидишь в кустиках, полюбуешься на птичек, на зверушек… И пока не сможешь глядеть на мир их глазами, даже не думай возвращаться.
- Но…. Как?
Оборотень пожал валунами плеч.
- Это у магов определённые школы. У оборотней же всё индивидуально. Попробуй так же, как справился с троллем. Глядишь, получится.
- Но я не оборотень! – Мариш проигнорировал этот крик души, задумчиво жуя травинку. Наконец, сплюнув, выдал:
- Это печально. Ну, у каждого свои недостатки. Завтра с утра и начнём. Приходи пораньше.

После очередного отмокания в едучей, полной трав воде тело было лёгким, практически невесомым. Дышалось легко и свободно, словно сброшен тяжкий груз – привычный и потому почти незаметнй, ежедневно давящий на плечи и пригибающий к земле. Тяжёлый, но настолько удобно устроившийся, что практически не причинял неудобств. Просто заставляющая смотреть в землю и скрипеть зубами тяжесть вдруг пропала, голова поднялась, жадно оглядывая прекрасный мир вокруг, а в теле поселилась лёгкость… Хотелось петь, хотелось обнять весь мир.
« - А служители Единого уверяют, что на каждом – тяжкий груз вины, который тот обречён нести всю жизнь… Как же хорошо, что это всего лишь слова! Мир, в котором человек из-за постоянной ноши не смеет поднять голову… такой мир обречён на скорую погибель, просто потому, что не смеющие поднять головы не способны стать настоящими людьми, достойными сынами Творца.»
Собственная мысль показалась насыщенной и высокопарной. Ладар тихонько, что бы не напугать сидящую у воды белку, ухмыльнулся. Зверёк, деловито возившийся у воды, тут же застыл, уставившись в подозрительный куст глазами-бусинками, весь в напряжении, как готовая сорваться в стремительном движении пружина.
Сипал замер, вглядываясь в тёмные кругляши маленьких глазниц. Попасть туда – не проблема, но как удержаться в сознании юркого, готового к отпору зверька? Тихонько скользнуть по тонкой нити небытия, оказавшись… в небольшой, полной орехов и лесных ягод норке. Оглядеться в поисках тонких нитей разума, окутывающих всё в этом необычной месте… и чувствительно шлёпнуться на пятую точку, распугав всю живность у водопоя.
Голова дьявольски болела. Испуганная белка, ощутив непривычное давление, скакнула в кусты, оборвав ментальную связь. Теперь, возможно, голова болела и у неё – но человеку от этого было не легче. Одно дело – редкие и простые нити разума тролля, и совсем другое – множество тонких ниточек лесной живности. Тут опять требовалось минимальное воздействие, недюжинное терпение – и мастерство. Или дьявольская удача.
Отдышавшись, сипал попробовал ещё. И ещё. И ещё. После очередного приступа боли его так скрутило, что он потерял сознание. Очнулся уже в хижине Мариша, с обложенными вокруг головы пучками трав. Их сладковато-терпкий запах чуть дразнил, но прояснял сознание. Оборотень сидел напротив – и улыбался.
- А я уж стал удивляться, что за уникум мне попался. За пару уроков всё схватывает! Даже боязно было, не шпион ли магов пои секреты вынюхивать прибыл. Теперь вижу – нет. Это урок просто так, с кондачка выполнить никому не удавалось. Нужно как следует подумать. Отдохни пока, поболтайся в учебном корпусе, пусть другие тебя потренируют. Ко мне через неделю возвращайся, не раньше. Там продолжим.
Ухмыляясь, он развернулся – и растворился в лесу. А Ладар, кряхтя, стал подниматься. Нужно было возвращаться в учебку разведки.

Каригал встретил его так, словно он отлучился на пять минут. Кивнув, договорил с остальными сержантами о чём-то своём, и, неторопливо развернувшись, направился к тренировочным залам, на ходу бросив: смотайся и положи свои вещи, до обеда я позанимаюсь с тобой, а потом Ичелой проверит, чему ты научился.
Меч на уровне лица. Взгляд – глаза в глаза, забирая чужое внимание, не давая расслабиться и оценить обстановку. Чуть зрачки качнулись или расширились – и лезвие тяжело качается в сторону, заставляя противника напрячься, фокусируясь на лезвии – и глазах. Мягких, пружинистый шаг вправо. Глаза противника метнулись в сторону, но лезвие вновь качнулось, гипнотизируя, заставляя не отрываться от прищуренных глаз. Шаг влево… вновь неуверенный взмах ресниц – и тонкое лезвие опасно качается, не позволяя оценить обстановку. Ещё небольшой шаг – назад, увлекая противника за собой. Тот, уже во власти поединка взглядов, слепо шагает следом, его положение становится неустойчивым… Прыжок, удар!!!!
- Дзынь, БАМ!
Меч сипала отлетает, несмотря на кажущиеся победу, но и сержант торопливо разрывает дистанцию, приходя в себя. Мечи в его руках подрагивают.
- Это что-то новенькое. Откуда?
- Эльф один научил. Тёмный. Ловушка специально для любителей внимательно вглядываться в противника. В их исполнении – совершенная. – Ладар бурчит недовольно. Загубить такой верный приём! Но сержант успокаивающе подмигивает.
- Хорошая штучка, только что бы меня подловить, замылить мне глаза мало. Любая защита ставится на рефлекс, просто так её е пробьёшь. А вот с менее опытным или более самоуверенным может и сработать. Можешь сказать, почему у тебя вообще что-то получилось и как этого избежать.
- Расфокусировать взгляд. Оценивать обстановку в целом, вы сами это говорили… Но тем не менее смотрели в глаза!
Каригал ухмыльнулся.
- Об этом поговорим чуть позже. А пока – защищайся!
Бой! Тело послушно уходит с линии атаки, тренировочный меч звенит, пытаясь увести чужой клинок. Но тот проворен, он задаёт быстрый темп и непростые вопросы, и приходится попотеть, что бы просто не получить массу синяков. Один меч сержанта легко справляется с двумя клинками сипала, создавая ему массу вопросов. Наконец он отскакивает в сторону и, недоумённо говорит:
- Не понимаю! Ты никак не мог победить одного из лучших мечей Ронхара! Ты слаб, медлителен, предсказуем! Наверное, тебе крупно повезло! Хотя до сих пор я не верил в везение в поединке.
- Это просто. – Ладар, нет, сипал встал напротив сержанта, укрывшись в тени своей тропы и внимательно изучая линии жизни, идущие вокруг противника. Бой!
Меч сержанта стремительно скользит вперёд, останавливаясь прямо у печени ученика – но того уже нет на месте. Скользнув вдоль линии судеб, он аккуратно бьёт по рукояти вражеского меча – плашмя, расставив онеметь пальцы. Бой!
Каригал рычит и перехватывает меч другой рукой. Веер стали, он внезапно взрывается вихрем ударов, полосуя воздух в том месте, где только что был, стоял, не мог никуда исчезнуть наглый мальчишка. Но тот опять в стороне, беспристрасно изучает чужие движения, чуть слышно перемещаясь вдоль невидимых линий. Наконец – удар! Чужой меч, выбитый из руки, отлетает в сторону, а нож наискось перечёркивает грудь сержанта, обозначая конец поединка.
Наставник молчит, баюкая правую руку и глядя на выбитый меч. Молчит достаточно долго, что бы Ладар начал терзаться чувством вины. Не стоило поддаваться на провокации! Но когда сержант поднимает глаза – они полны довольством!
- Отлично, ученик! Ты провёл бой именно так, как я и хотел: не так, как я учил, а так, как можешь только ты, так, как ты вёл себя на турнире! Тебе удалось это снова, а значит, удастся и в будущем!
- Так вы не сердитесь?
- За что? Что ты сделал так, как я и хотел?
- Но рука…
- А, пустое! – Сержант сосредоточился, и часть его жизненных сил собралась в кисти, в сотни раз ускоряя заживление. Несколько минут – и лишь небольшой синяк указывает на место, куда пришёлся удар тяжёлого тренировочного меча. – Итак, ты смог порадовать меня в очередной раз, доказав, что способен учиться не просто быстрей других – а учиться иначе, чем все остальные. Получая необычные, потому эффективные результаты.
- Урок закончен?
- Этот – несомненно! Но закончен первый урок – и значит, пришло время для второго.
Каригал отложил меч, присев на толстый сто, и кивнул ученику на стул перед собою.
Умение наблюдать, изучать лицо, жесты, движения человека – это нечто большее, чем возможность предугадать его действия в бою. Это возможность скоростного допроса. В тот момент, пока противник молчит, уверенный, что таким образом он избежит действия королевской эмблемы, его тело, часто уже напуганное и потомо плохо контролирующее свои действия, частенько кричит, выдавая все тайны. Тут важно правильно задавать вопросы, быстро и плотно, не давая противнику времен на обдумывание не то что ответов – поведения. Поясняю…
Выхватив кинжал, он резко ткнул его в шею ученику. Тот замер: острый кончик лезвия, пробив кожу, остановился в нескольких миллиметрах от артерии.
- Ты соврал при принесении магической клятвы?
- У тебя были интрижки со знатными дамами?
- Тебе нравится Оория?
- Ты общался когда-нибудь с ронхарцами иначе, как в бою?
- Ты убивал подданных Кирола?
- Ты передавал информацию Ронхару?
- Ты ел человечину?
- Ты знаешь людей Ронхара, действующих у нас в тылу и на передовой?
- Ты веришь, что льер Датим на стороне короны?
- Ты любишь миледи Домин?
- Тебе приходилось воровать?
- Ты предан льеру Датиму?
Ответов сержант не слушал. Он выстреливал иногда странные, иногда смущающие парня вопросы с бешенной скорость, внимательно изучая его лицо – мимику, движения глаз, сокращения мышц рта. Заодно он поглядывал на руки, на лежащие на столе кисти. Вторую руку от положил на ладонь Ладара и ощущал все непроизвольные подрагивания пальцев от неожиданных вопросов.
Наконец он аккуратно отвёл кинжал от шеи новобранца, приложил ладонь, собирая жизненные силы… ранка затянулась, оставив небольшую царапину.
- Понятно, почему ты оказался в штрафбате. Непонятно только, почему тебя оттуда выпустили.
Он ухмыльнулся.
- В принципе, ты наговорил на судебное разбирательство. И знатных дам соблазнял, и воровать не гнушался, и с ронхарцами общался.
- Я ничего не говорил! – Ладар наконец обрёл голос. – И при проверке меня камнем Истины мне поверили!
- Ну, кто-то поверил, а кто-то сделал вид, что поверил! – Сержант хихикнул. – Это чванливые маги верят исключительно в силу магии, и посадить такого в лужу, умолчав о странностях новобранца – это самое приятное развлечение для любого матёрого вояки. Впрочем, не переживай, на большинство острых вопросов ты ответил так, как надо. Это был просто пример скоростного допроса. Впечатлён?
- Да! - Ладар решительно пожался вперёд, потирая шею. – Научите?
- Естественно! Для того ты и здесь! Слушай внимательно: первое, что выдаёт правильные ответ на чётко поставленный вопрос – подрагивание мельчайших мышц вокруг глаз, уголков рта и кончиков пальцев. Контролировать все три зоны одновременно не под силу и самому тренированному человеку. Допрос строится таким образом, что бы напугать и ошеломить противника. Первые вопросы обычно задают те, на которые ответ известен, что бы оценить реакцию человека, и в дальнейшем сверяются именно по ней. Вопросы формулируй так, что бы лишь один вариант ответа был обличающим, например только «Да» или только «Нет», так проще. Тебе понятно или разбирать по пунктам?
Ладар тяжело вздохнул и буркнул:
- По пунктам.
В этот день на тренировку к мастеру Ичелою он так и не попал…

- Итак, молодой человек, чему вы научились за время ваших прогулов? – Пожилой наставник смотрел сердито. Сипал аккуратно достал набор иголок и неспешно прицелившись, метнул одну за другой десять иголок в манекен горожанина. Все десять вошли в воск по самую головку, достаточно точно поразив обозначенные краской точки.
Ичелой заметно смягчился…
- Очень недурно за такой короткий срок. Очень недурно. И как это увас получилось, позвольте узнать?
- Ну… вначале мне дала несколько практических советов одна особа, умеющая с убийственной точностью метать всё, что попадает ей в руки. – Перед глазами всплыла мордашка Айи, насмехающейся во время привалов над попытками сипала освоить боевые иглы. – А потом… я применял их в бою.
- Достаточно успешно, что бы выжить? – Наставник выжидательно посмотрел на ученика. – И вы допрашивали пленных после боя?
Ладар смутился.
- Ну, после боя мне нужно было помочь раненному… Я отвлёкся, а у нас в отряде была орчанка, она всегда добивает тех, что ещё жив. Я не успел её предупредить!
- Это возмутительно! – Ичелой возмущенно затряс головой, отчего его седая бородка гневно встопорщилась. – Если уж вы взялись за учёбу – извольте доводить опыты до конца! Или вам у врагов нечего было спрашивать?
- Как раз было чего, учитель… - Ладар смущённо опустил голову. Его расстроенное лицо удовлетворило старика.
- Рад, что вы сознаёте свою ошибку. У вас есть вопросы, прежде чем мы продолжим?
- Да. Мне тут показали способ ведения допроса, ориентируясь на мимику и жесты… - Он непроизвольно потёр шею. – И он мне кажется гораздо более эффективным. Я не понимаю…
- Знаю я этот метод допроса. – Ичелой фыркнул. – Поверьте мне, серьёзные псы войны, которые реально что-то знают, не сломаются от простого укола ножом в шею.
Ладар густо покраснел.
- И, кроме того, они тоже ЗНАЮТ этот метод. Почувствуй они, что непроизвольно выдают какие-то секреты - как тут же активируется королевская эмблема. А чувствуют такие вещи ещё до первого вопроса.
Наставник насмешливо смотрел на смущённого ученика.
- Так что же, тот метод совсем бесполезный?
- Ну почему же. Он вполне подходит для тех, кто с ним незнаком. Или слышал, но уверен в своих силах. Например, для аристократов и не слишком опытных магов. Для всех остальных нужен именно мой метод. Хотя он подходит и для перечисленных мной – на первоначальном этапе, и для ломки. Гораздо удобней захватить врага, если он не способен сопротивляться, не так ли? И намного легче допрашивать, если он уже полностью отчаялся. Кстати, эти два метода не единственные. Если вы сможете столь же точно поразить уязвимые точки под доспехами, я расскажу вам о ещё нескольких.
Но, увы, второй маникен оказался защищён намного лучше. Попасть иголкой в узкую щель, идущую под совсем иным, не направленным в сторону бросающего углом оказалось непросто. Продолжение урока откладывалось, а старый наставник принялся изгибать кисть ученика, показывая новые методы броска…

- Значит, старый пень раскритиковал мои методы? - Каригал усмехнулся. – Он прав. Они действуют не на всех. Если бы всё было так просто, смысла в королевской печати не было бы. Поэтому – продолжим!
Сержант с некоторой ленцой вытащил меч и вышел на середину зала.
- Нападай!
Ладар торопливо подхватил тренировочное оружие и встал перед учителем. Тот спокойно ждал атаки. Поколебавшись, Ладар провёл прямой удар, целя в колено. Приняв его на нижнюю сторону меча и уведя в сторону, Каригал неспешно отступил и сказал:
- Ты начал с прямого удара. Значит, ты открытый человек и способен на порывы души. Если тебя напугав, отпустить создав видимость побега, есть шанс, что ты, не видя наблюдения, рванёшь к условленному месту встречи, что бы предупредить всех остальных.
Разозлённый Ладар провёл режущий косой, один из самых сложных приёмов, показанных ему Айяром. Сержант отступил, подкорректировав удар кончиком меча, и столь же спокойно продолжил:
- Этот удар говорит о том, что у тебя есть знакомые эльфы. Специалист мог бы даже назвать род, я могу только сказать: эльф тёмный, и он очень много времени проводит среди людей.
Ладар задумался. Затем, небрежно полоснув правой рукой с мечом, левой бросил клинок, целя в живот.
- Дзынь! Блям! – Оба удара оказались отбиты, а Каригал флегматично продолжил: - Ну а это совсем просто. У тебя в наставниках были и воры, а значит, твои моральные принципы не слишком высоки.
Ладар расстроено опустил оружие.
- Так что же, любой мой удар так легко прочитать? И меня так легко победить?
Сержант выдержал паузу, глядя, как вытягивается лицо новичка, потом рассмеялся.
- Вовсе нет. Ты – разный, и потому способен озадачить любого противника. Конечно, специалист, если дать ему время, во всём разберётся, но ты времени обычно не даёшь.

Как то,не то.Учёба хорошо,задел на будущее.Но скучно,скучно.Может болезнь на вас влияет.